Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Range-2

Владимир Николаевич


У нас во дворе я занимал почетную и ответственную должность. Я был заместителем коменданта дома. К выполнению этих обязанностей я приступил в возрасте пяти лет.
Можно сказать, что должность эту я получил по блату. Блат был мощнейшим и заключался в двух фактах:
1) мне повезло родиться в один день с Иосифом Виссарионовичем Сталиным, и
2) коменданта дома звали — Владимир Николаевич Утругашвили.
Хотя на самом деле звали его иначе. Как-то очень по-грузински.
Владимир Николаевич был ортодоксальным грузином. На его крепчайшее грузинство никак не влияла длительная жизнь в Киеве. За сорок восемь лет, проведенных в Киеве до нашего с ним знакомства, Владимир Николаевич не потерял ни ноты из потрясающего и непередаваемого акцента — подчас настолько непередаваемого, что понять его было решительно невозможно. Его неизменная кепка-аэродром задевала дверной проем, когда он приходил собирать плату за квартиру. Усы топорщились. Шуршал военный плащ-дождевик.
Летом Владимир Николаевич носил китель. Гордому сыну далекого грузинского народа не хватало разве что трубки. Даже знаменитый прищур присутствовал.
Меня он выделил из детской массы за мой день рождения. Плохой человек не родится в такой день, думал он. Тем более, моя уже ставшая профессиональной серьезность его приятно поражала. Ее я отточил, работая Горбачевым в детском садике.
Владимир Николаевич называл меня своим заместителем, вменяя в обязанности слежение за порядком изнутри детского социума, охрана газонов от посягательств и служение сдерживающим фактором дворового разрушения. Короче говоря, в течение дня я работал Горбачевым, а в свободное время — агентом внутренней разведки. Надо признаться, агента из меня не вышло. Но начальник этого не знал. Он слепо верил в мою дату рождения.
— Вот этот Алэг, он нэхороший малчик. Шэбутньой, по газонам бэгаит. Ты за ним смотри, ти же мой замэстител, — инструктировал меня шеф, шевеля жесткими усами. Из тени кепки хитро светил фирменный прищур.
Не могу сказать, что жизнь двойного агента проста. Но я старался.
На самом деле Владимир Николаевич не был плохим или вредным. Он был совершенно обычным управленческим дедушкой — ворчливым, но не противным.
Я рос, но всегда оставался заместителем коменданта нашего дома. Пока Владимир Николаевич не ушел со своей должности. Он устал. У него умерла жена. За ним автоматически сместили и меня.
Владимир Николаевич остался один. Ходил в магазин с авоськой. По-прежнему носил военный плащ-дождевик и кепку-аэродром. И усы тоже по-прежнему топорщились — только уже по-стариковски.
А потом он перестал меня узнавать. И на мои приветствия при встрече он удивленно поднимает глаза. И они — уже без прищура.
Позавчера я увидел его на улице. Он искал в мусорной урне пустые бутылки.
Да, жизнь меняется. Но, знаете, я так и останусь его заместителем.
Ведь дата моего рождения — не изменилась.
Range-2

* * *


Виктор Андреевич Ющенко сидел в своем кабинете на Банковой и мрачно разглядывал фотографию Юлии Владимировны Тимошенко в аккуратной рамке, стоящую на столе. На фотографии Юлия Владимировна была молода и без косы. Она весело смеялась.
- Как же ты выросла, - печально думал Виктор Андреевич. – И все растешь и растешь, растешь и растешь… Сколько можно? А такая хорошенькая была. Улыбка такая непосредственная…
Тягостные размышления Виктора Андреевича прервал стук в дверь.
- Войдите, - вежливо разрешил Виктор Андреевич, удивляясь, кто бы это мог быть.
Дверь отворилась, и в кабинет, скрипя туфлями из кожи молодого кенгуру, зашел Нестор Иванович Шуфрич. В руках он нес грязную лопату. Вид у Нестора Ивановича был усталый.
- Фу-у-ух, - выдохнул Нестор Иванович, сев на широкий кожаный диван напротив стола Виктора Андреевича. Лопату он прислонил к отделанной дубом стене рядом с диваном. – Замаялся я…
- Отчего же? – поинтересовался Виктор Андреевич, незаметно пряча фотографию Юлии Владимировны в стол.
Нестор Иванович по-джентельменски притворился, что ничего не заметил.
- Да так, - неопределенно махнул он рукой и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки Brioni. – Работа.
- Ага, понимаю, - вздохнул Виктор Андреевич, косясь на лопату. – Это что?
- Лопата… - внезапно смутился Нестор Иванович. – Просто лопата.
- Ясно… Снова картошку на огороде Виктора Федоровича копал, признавайся? – Виктор Андреевич ухмыльнулся собственной проницательности.
- Ничего подобного! – запротестовал было Нестор Иванович, но потом передумал и махнул рукой: - Да ну тебя… Как будто я один такой. Мне еще ладно, я молодой, а вот Александр Александрович Мороз после пятого мешка разогнуться не смог. Схватило его так, что двинуться вообще никак. Его Василий Петрович на машине милицейской домой отвозил.
- С мигалками? – с завистью переспросил Виктор Андреевич.
- С мигалками, - подтвердил Нестор Иванович. – Да ладно, чего мы все об этом?! Я зачем к тебе пришел?
- Действительно, зачем? – удивился Виктор Андреевич, поглядывая на часы. Приближалось время обеда. Ему хотелось кушать.
- Тебе, Виктор Андреевич, пиариться надо, - вот чего. Все президенты пиарятся, а ты чем хуже? – Глаза Нестора Ивановича горели заманчивым огнем. Он расстегнул вторую пуговицу на рубашке и продолжил: - Путин вон на истребителе летает, Буш – на авианосце плавает. Лукашенко – и тот на танке катается. Давай я тебя тоже на чем-то прокачу, хочешь? Ведь тема, согласись?
Виктор Андреевич нехотя почесал затылок.
- Например? – спросил он, подумав.
- Ну… Не знаю. Надо что-то такое оригинальное, - задумался Нестор Иванович. – Яркое и заметное. И стремительное. И мощное.
- Ну?
- Что «ну»? Думаю… О! – Нестор Иванович воодушевленно вскочил на ноги. – Знаю! Давай я тебя на пожарной машине прокачу! Телевидение позовем там, журналистов – все как надо. И я, понятное дело, рядом постою, скажу чего-нибудь этакое, запоминающееся и эксцентричное. Мне тоже полезно, у меня выборы на носу.
- Придумал тоже, - расстроено отмахнулся Виктор Андреевич. – Они же у тебя все время ломаются… Заглохнет – вот позору мне будет. Толкать придется…
- Не заглохнет, не бойся. А если и заглохнет - подтолкнем, я помогу. Так даже лучше будет, героичнее.
Виктор Андреевич хотел что-то возразить, но внезапно почувствовал острый запах чеснока. Это напомнило ему, как он голоден. В приоткрытую дверь просунулось круглое лицо Василия Петровича Цушка. Он осторожно оглядел кабинет и, не дожидаясь приглашения, зашел. Нестор Иванович и Виктор Андреевич с удивлением его изучали.
Василий Петрович весь был обвешан связками чеснока и разнообразными крестами. В руках он нес кадило, которым постоянно тряс. От кадила тянуло сильным запахом. Он смешивался с чесночным и составлял ядреную смесь.
- Вам помещеньице освятить? – спросил Василий Петрович. – От шаманов всяких и подобных им асоциальных элементов. Вроде духов.
- Давай, - оживился Виктор Андреевич. Он любил народные обряды.
Василий Петрович обошел кабинет, бубня тихо какие-то заклинания и тряся кадилом. Он постоял в центре, перекрестился, запнувшись, и вышел.
Нестор Иванович и Виктор Андреевич проводили его недоуменными взглядами. Остался только тягостный запах чеснока.
- Вот черт! – вдруг воскликнул Нестор Иванович, хлопнув себя по лбу. – Совсем забыл! У меня же рейс в Херсон! Там жарко сейчас – красота! А я уже опаздываю. Пока, Виктор Андреевич, и подумай про мое предложение!
Нестор Иванович остановился в дверях:
- Тебе нужно пиарится. Надо что-то делать. А то скучный ты стал совсем. Не узнаю тебя просто. Бывай! – и скрылся за массивными дверями.
Виктор Андреевич хотел было наконец пойти обедать, но тут заметил, что в спешке Нестор Иванович забыл свою лопату. Виктор Андреевич вышел из-за стола, подошел к дивану и взял ее в руки. Лопата наполнила руку приятной тяжестью. Виктор Андреевич взвесил ее на одной руке, перекинул на другую. Вспомнились ему далекие годы сельской юности. Упорный каждодневный труд. Встали из дальних уголков памяти армейские товарищи. Первый наряд. Первая траншея. Теплом повеяло от этих воспоминаний.
Виктор Андреевич отбросил приятное оцепенение и обернулся. В широком ростовом зеркале на дальней стене отражался статный мужчина в самом расцвете сил с лопатой.
- А ничего так… Очень даже… Мужественно… И с народом связь не теряется… - подумал с удовлетворением Виктор Андреевич, уперев лопату в пол, словно меч. – Пиариться, говоришь, надо?.. Что-то в этом определенно есть…
В президентском уме мелькнула мысль. Виктор Андреевич вернулся к столу и поднял трубку прямой связи со своим секретарем Виктором Ивановичем Балогой.
- Слушай, Виктор Иванович, может мне в Херсон прокатиться? – задумчиво покачивая лопатой, спросил в трубку Виктор Андреевич. - Там, вроде, тепло сейчас…

Виктор Андреевич и Нестор Иванович в Херсонской области