Haibane (baill) wrote,
Haibane
baill

Category:
 Ан­то­на бы­ло все, о чем мож­но меч­тать: вы­со­кий рост, ямоч­ки на ще­ках и мат­рос­ка с яко­ря­ми. И, слов­но это­го бы­ло не до­ста­точ­но, он каж­дый день но­сил бес­ко­зыр­ку с над­писью «Отваж­ный». А мо­ряк — это всег­да му­жест­вен­ность, на­пор и аб­со­лют­ное от­сут­ст­вие обя­за­тельств на сле­ду­ю­щий день, по­то­му что ему сра­зу на ко­рабль и ку­да-то в Син­га­пур. Та­кие ве­щи в ге­не­ти­чес­кой па­мя­ти сра­зу за едой и сном, по­то­му от жен­щин у Ан­то­на от­боя не бы­ло.

Но Ан­тон сво­е­го бо­жест­вен­но­го пред­на­зна­че­ния из­бе­гал. Крас­нея, уво­ра­чи­вал­ся от обо­жа­ю­щих взгля­дов. При вы­нуж­ден­ном кон­так­те те­ре­бил лен­точ­ки бес­ко­зыр­ки и ухо­дил от пря­мых от­ве­тов. С маль­чи­ка­ми ему бы­ло как-то про­ще. Им он улы­бал­ся до ямо­чек на ще­ках, го­во­рил без оста­нов­ки и го­тов был по­де­лить­ся чем угод­но.

Осо­бен­но теп­лые от­но­ше­ния к все­об­ще­му удив­ле­нию за­вя­за­лись у Ан­то­на со мной. У не­го мат­рос­ка и рост, у ме­ня ком­би­не­зон с па­ро­во­зи­ком и ком­плек­сы. Ну что меж­ду на­ми об­ще­го?
Под все­об­щее изум­ле­ние, на­ши от­но­ше­ния креп­ли и раз­ви­ва­лись. Мы вмес­те стро­и­ли кре­пос­ти, во­ди­ли ав­то­ка­ра­ва­ны и ис­сле­до­ва­ли не­из­вест­ные тер­ри­то­рии. В то вре­мя как я не­на­ви­дел теп­лые рей­ту­зы, Ан­то­ну они нра­ви­лись, а мои сан­да­лии он счи­тал луч­ши­ми сан­да­ли­я­ми на све­те как ми­ни­мум, а то и даль­ше. Да­же если бы вне на­шей пла­не­ты но­си­ли сан­да­лии, они бы не шли ни в ка­кое срав­не­ние с мо­и­ми, в чем я со­мне­вал­ся, а Ан­тон — ис­крен­не ве­рил.
На­ши узы бы­ли так креп­ки, что Ан­тон стал единст­вен­ным че­ло­ве­ком, фа­ми­лию ко­то­ро­го я за­пом­нил с тех вре­мен. Ду­маю, это во­об­ще моя пер­вая за­пом­нен­ная фа­ми­лия, кро­ме собст­вен­ной.

Мы оба, ко­неч­но, из­ме­ни­лись с тех пор. Но, как ока­за­лось, Ан­тон — боль­ше. У не­го те­перь грудь вто­ро­го раз­ме­ра и ни­ка­ких сле­дов мат­рос­ки. И зо­вут его по-дру­го­му. Толь­ко ямоч­ки оста­лись. Ему очень хо­те­лось от­ли­чать­ся. В це­лом, Ан­тон ду­мал в пра­виль­ном на­прав­ле­нии.

Не­дав­но я ехал в мет­ро. На од­ной из оста­но­вок в ва­гон за­шла не­за­бы­ва­е­мая жен­щи­на. Она не­сла пе­ред со­бой грудь, как на­гра­ду. Пе­ред ней рас­сту­па­лись лю­ди, слов­но раз­ве­ден­ные не­ви­ди­мой си­лой. Муж­чи­на с гал­сту­ком и груст­ны­ми гла­за­ми ло­ша­ди усту­пил мес­то — в пер­вую оче­редь, гру­ди, ведь с его ме­с­та жен­щи­ны все рав­но не бы­ло вид­но.

Ког­да она се­ла, ста­ло оче­вид­но, что плос­кость ее гру­ди иде­аль­но па­рал­лель­на зем­ле. На ней мож­но бы­ло рас­по­ла­гать рюм­ку или иг­рать в шах­ма­ты. Это бы­ла по­бе­да при­ро­ды над ана­то­ми­ей.

В об­щем, Ан­тон знал, на что про­ме­нять мат­рос­ку. Грудь — это то­же це­лый на­бор ры­ча­гов вли­я­ния. В опре­де­лен­ном воз­рас­те она це­нит­ся да­же вы­ше мат­рос­ки, пус­кай и с бес­ко­зыр­кой.
Tags: Перья
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment